«Готов повторить это на любом суде и распаливать эту ненависть на любых базарах», — так отреагировал ведущий СТВ Григорий Азаренок на обвинения в разжигании социальной розни. Заявление с просьбой привлечь пропагандиста к ответственности в Следственный комитет отправил гомельский волонтер Илья Миронов. Мы посмотрели, за какие слова, звучащие из уст сотрудника СТВ, в Беларуси судили. А также спросили у юриста, что грозило бы Азаренку, если бы в нашей стране работали законы.
Что произошло?
Гомельский волонтер Илья Миронов в конце января направил в Следственный комитет заявление с просьбой возбудить уголовное дело в отношении пропагандиста телеканала СТВ Григория Азаренка.
Поводом стало видео с названием «Азаренок: шаг навстречу тем, кто хочет вернуться, — это сталинский шаг, это мощнейшая воля Лукашенко». По мнению Ильи Миронова, Азаренок совершил действия, «направленные на возбуждение ненависти, вражды, а также унизил честь и достоинство группы людей по признакам принадлежности к определенной социальной группе». Из СК его заявление перенаправили в МВД.
Также Миронов пожаловался на другого известного пропагандиста — автора «СБ. Беларусь сегодня» Андрея Муковозчика. Ответил Миронову пока что только Григорий Азаренок.
— Да, я испытываю острую неприязнь, переходящую в ненависть, презрение и омерзение к социальной группе, которую можно обозначить как «змагары, бэчебанутые, либералы, подзападники, предатели, ублюдки, скоты, мрази, сблев белорусского народа, конченые подлые твари». Готов повторить это на любом суде. И распаливать эту ненависть на всех базарах, — написал Азаренок.
Азаренку можно, а другим белорусам — нет
Пропагандист годами оскорбляет оппонентов режима Лукашенко. И пока не несет за это никакой ответственности. Мы собрали несколько примеров, когда за использование точно таких же слов обычных белорусов судили и давали им сроки.
Так, молодечненец Сергей Волковский назвал «ублюдком» бобруйского милиционера Андрея Комара в комментариях под его фото в «Одноклассниках». Его признали виновным по ст. 369 УК (Оскорбление представителя власти). За это в 2021 году Волковскому присудили 1,5 года «домашней химии» и обязали выплатить 1000 рублей в пользу пострадавшего.
Два года «домашней химии» получила жительница Пружан Людмила Карасовская в 2021 году за слово «скот» по все той же ст. 369 УК. Именно это слово Карасовская употребила в комментарии под фото участкового Дмитрия Казаренко в «Одноклассниках». Жительница Пружан выплатила участковому также 300 рублей компенсации морального вреда.
Минчанка Светлана Трапкова в 2022 году написала в «Одноклассниках» слово «мрази» под фотографиями участковых инспекторов по делам несовершеннолетних из Пружан Дмитрия Таразевича и Сергея Коляды. Суд признал Светлану виновной по ст. 369 УК и приговорил к двум годам «домашней химии». Также женщина выплатила участковым по 1000 рублей компенсации морального вреда.
За слово «тварь» житель Березы Виталий Толстяк получил 1,5 года «домашней химии» по ст. 369. Мужчина написал комментарий с этим словом под фото сотрудника Барановичского РОВД Сергея Ковша.
А еще раньше, в 2020 году, за слово «тварь» в телеграм-канале «Банда Луки» 1,5 года «химии» дали витеблянину Егору Карапузову. Статья та же, что и в остальных случаях. Тогда потерпевшим был сотрудник Железнодорожного РОВД Витебска Андрей Зуев.
За слово «фашист», которое также любит употреблять Григорий Азаренок, минчанку Ирину Сташкевич в 2021 году приговорили к 1,5 года «домашней химии». Комментарий, состоящий из одного только этого слова, Сташкевич оставила в одном из телеграм-каналов под фото сотрудника Молодечненского РОВД Евгения Колесня.
Кроме оскорбления, белорусов часто признавали виновными и в разжигании социальной вражды и розни (ст. 130 УК), в которой признается Азаренок. С 2020-го уголовные дела заводили в основном за критические высказывания в адрес силовиков и чиновников.
Так, статья 130 фигурировала в политически мотивированном обвинении политолога Валерии Костюговой и ее коллеги Татьяны Кузиной. Они получили по 10 лет колонии общего режима.
Что говорит юрист?
Мы попросили юриста на условиях анонимности (его данные есть в редакции) прокомментировать слова Азаренка и его публичное признание в разжигании ненависти.
— Его высказывания в эфире и последовавшие за ними комментарии должны квалифицироваться как состав преступления, предусмотренный ст. 130 УК (Разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни), — уверен юрист. — Учитывая, что передачи на государственном телевидении вряд ли готовятся в одиночку — есть ряд других причастных сотрудников, — то такие действия стоит рассматривать как совершенные группой лиц. Соответственно, это уже более тяжкая ч. 3 ст. 130 УК РБ, которая предусматривает от 5 до 12 лет лишения свободы.
Наш собеседник добавляет, что такие действия могут рассматриваться и как «повлекшие по неосторожности смерть человека либо иные тяжкие последствия», если в результате расследования будут найдены соответствующие факты. Например, если доказать, что есть связь между высказываниями Азаренка и репрессиями, насилием, увольнениями белорусов.
— В существующей сейчас парадигме «не до законов» на возбуждение уголовного дела и его надлежащее расследование рассчитывать не стоит. Несмотря на то, что и у Следственного комитета, и у прокуратуры есть соответствующая обязанность, она вряд ли будет исполнена до восстановления в Беларуси принципа верховенства права, — добавляет юрист.
Читайте также
